У проекта освоения ядра центра Сургута снова изменились условия. Теперь территория разделена на два отдельных КРТ, а инвесторы должны будут строить в основном жилье, а «Петрушку», Городской культурный центр, школы и детский сад — лишь спроектировать, после чего финансирование строительства ляжет на бюджет.
Журналисты Дмитрий Щеглов и Тарас Самборский обсуждают, почему такой подход фактически отменяет саму идею комплексного развития территории, что делать с недостроенным зданием Газпрома, Саймой и Домом пионеров, почему ядру центра нужно жилье бизнес- и премиум-класса и зачем Сургуту вместо очередного компромисса полноценный федеральный архитектурный конкурс.
Дмитрий Щеглов: Появились новые подробности освоения ядра центра Сургута. Как мы рассказывали ранее, сейчас у этого проекта нет ни одного исполнителя, в итоге его решили разбить на две части и выставить на торги под новыми условиями. Обсудим их сегодня. Меня зовут Дмитрий Щеглов, мой коллега, журналист Тарас Самборский, на связи. Тарас, привет.
Тарас Самборский: Привет, Дима, привет всем.
Д.Щ.: Давай коротенько контекст. Как вы помните, у нас были претенденты на то, чтобы осваивать полностью ядро центра Сургута, в итоге выиграл этот конкурс «Сибпромстрой», но в мае этого года отказался от исполнения этих обязательств из-за проблем на рынке жилья. В итоге городская администрация решила, что теперь проект КРТ ядра центра города будет разделен на две части: одна из них предполагает 17 000 квадратных метров, другая — 9 000. Но мы упомянем самые главные нюансы этих проектов.
Они заключаются в том, что теперь инвестор фактически должен построить жилье, соответственно, перед этим снести старое жилье, благоустроить набережную Саймы и какие-то мелкие благоустроительные вещи типа строительных площадок обеспечить. А вот строительство «Петрушки», школ и детского сада — инвестор больше не несет за это никакой ответственности, он должен их только спроектировать. Соответственно, строить их будет город или округ в рамках своего бюджета, и когда это случится — неизвестно.
Тарас, давай, как тебе эти изменения в застройке ядра центра Сургута, как этот новый управленческий подход ты бы оценил?
Т.С.: Как говорится, что и требовалось доказать, потому что в самом начале движения по ядру вопрос о таких важнейших для города объектах социальной инфраструктуры и культуры, как «Петрушка», как чуть позже снесенный Дворец культуры, Дом культуры «Строитель» — он же Городской культурный центр...
Д.Щ.: Да, кстати, его тоже должны спроектировать инвесторы, и тоже его должны будут строить за счет бюджета, судя по всему, где-то в ядре центра Сургута. Опять же, здесь пока точных данных у нас нет.
Т.С.: Я бы сюда еще все-таки причислил и Дом пионеров, потому что формально он не попадает в ядро, но, если более широко смотреть на эту территорию, то, конечно же, вся зона Саймы должна восприниматься как единое цельное пространство, подлежащее изменениям.
Любой, кто внимательно прислушался к тогдашним, к нынешним заявлениям властей о том, как будет выглядеть процесс освоения ядра, кто внимательно изучал проекты потенциальных застройщиков, интересантов в освоении этого земельного участка, а их два, напомним, это группа компаний «Брусника» и группа компаний «Сибпромстрой», чувствовали одну и ту же вещь.
Тема театра «Петрушка», тема Городского культурного центра каждый раз как-то изящно упаковывалась в такую обертку, что понять, так будут ли они когда-то построены или нет, невозможно. В кулуарных разговорах, свидетелем которых я был, в частности, и вел некоторые из этих разговоров, я для себя давно сложил картину, что ни о какой «Петрушке» при нынешнем подходе к застройке ядра центра города, ни о каком Городском культурном центре речи быть не может.
Потому что вся технология проектирования и освоения ядра, с моей точки зрения, неверна. Выбран ошибочный подход, и он заключается в том, что комплексного развития территории в позитивном смысле этого термина, не будет. А это, в общем-то, правильный термин, в стране Сургут не единственный же город и Югра, где КРТ осуществляется, то есть это федеральная программа, и за ней очень тщательно следит федеральное правительство, и господин Хуснуллин занимается КРТ в городах. И многие города демонстрируют очень успешные проекты по КРТ, очень успешные, которые действительно развивают территорию и депрессивные районы, целые территории превращают, если не в цветущие сады, как у Галицкого в Краснодаре, опыт которого я бы очень рекомендовал ответственным за КРТ ядра изучать, и которые превращают территории в весьма и весьма неплохие места для обитания, жизни, развлечения, отдыха.
А у нас последнее решение означает, что КРТ фактически отменено. Фактически. Юридически, конечно, это все по-прежнему называется КРТ, но это уже не комплексное развитие территории, а это фрагментарное освоение и застройка в основном жильем, в основном, понимаем, каким жильем, об этом чуть позже поговорим, разделенного, подлежащего общему развитию участка на две части.
То есть фактически мы видим такую усовершенствованную форму банкования сургутской землей. У нас банкование землей профессионально на протяжении многих десятилетий. Пример того, во что превратилась пойма Бардаковки, пример того, во что превращаются многие центральные земельные участки города, набережные. Примеров очень много, мы можем приводить очень долго. Вот это такой способ использовать наработанный опыт в розничной сдаче и продаже земельных участков Сургута под видом чего-то вынужденного, компромиссного: надо же типа куда-то идти, надо же что-то делать.
В этой ситуации мне представляется, что как раз надо остановиться и руководствоваться тем же принципом, которым, к счастью, до сих пор на протяжении 36 лет сургутские власти и руководствовались. Если не можем придумать ничего нормального, толкового, если не можем решить эту проблему здесь и сейчас — морозим тему и не даем развиваться событиям по худшему варианту развития.
То, что ядро делится на две части, то, что при этом даже разделении, а это облегчение задачи для застройщиков, это понятно. Разумеется. То есть у застройщика коммерческой выручки на меньшей площади освоения строительного участка будет больше, социальных и прочих обязательств меньше. Так вот, то, что мы разделяем сейчас ядро на две части с облегчением задач девелоперам, совершенно по-прежнему не решает перечисленных выше задач, а именно: судьба «Петрушки», судьба Городского культурного центра. Теперь мы сюда даже не Дом пионеров прибавляем, а судьба недостроенного здания Газпрома. Это очень серьезная проблема, которую просто вообще никто никаким КРТ даже обсуждать не собирался.
А между тем, если вы осваиваете территорию, то вы должны включать в список задач все проблемные места этой территории. Проблемным местом является также, пункт четвертый, Сайма и ее три рукава. Даже не три, а шесть, получается, берегов, которые надо приводить в порядок, делать берегоукрепление, делать набережные. Вот это все очень интересно, куда это все теперь денется.
Д.Щ.: Да, а между тем здание Газпрома опять выставил на продажу округ за почти миллиард. И, естественно, я бы, возможно, даже деньги поставил на то, что оно продано не будет, потому что его ввести в эксплуатацию — это еще миллиардов 6-7, а разобрать его, наверное, стоит... Ты, наверное, лучше меня представляешь, сколько стоит такое здание разобрать и снести. Это, наверное, тоже не меньше миллиарда.
Т.С.: Разобрать и снести будет дешевле, чем его построить. Разобрать и снести — это вариант. Разобрать, может быть, не полностью, оставить какой-то объем — тоже вариант, как мне представляется. В конце концов, это такое крупное офисное здание, в нем предусмотрены конференц-залы, всякие столовые, огромные холлы, вот эти первые три или пять этажей. Я просто не знаю, я не видел этого проекта, но я допускаю, вполне могли бы работать на какую-то полезную, выполнять какую-то общественно полезную задачу.
Может быть, разобрав его до пяти этажей и переделав проект, перестроив не за 6 миллиардов, а даже если и за шесть, то мы бы получили нужное здание. Туда можно было бы разместить какие-нибудь «Петрушки», «Строители» и так далее по пунктам. Может быть, даже городской театр, я не знаю. Надо смотреть проект.
Но вы понимаете, проблема в чем? Компетентные лица, которые отвечают за средовую политику Сургута и за такие стратегические решения, никто никогда не делает никаких заявлений. Вот никто не дает интервью, никто не проводит пресс-конференций. Никто не выходит на объект, какой-то департамент строительства или департамент имущества, и с указкой не показывает: «Вот здесь будет это, а здесь мы предлагаем так-то поступить». Вот никто этого не делает, и общественность вообще не понимает, о чем они думают, какие у них в головах планы зреют, что они хотят нам предложить. Они-то все через 2-3-4-5 лет уезжают из Сургута, а горожане остаются тут жить. И они тут это все понастроят, понаделают или не понаделают, а горожане потом ходят, спотыкаются об эти все проблемы уже десятками лет.
Смотрите, у нас как только где-то надо ленточку разрезать, так прессу зовут, показывают, хвастаются. Знаете, вот сейчас город бордюры перекладывает, всю плитку перекладывает. У нас такой эффект раннего Собянина наблюдается в Сургуте. Тоже интересно, кстати, многие горожане жалуются, что плитку перекладывают часто новую на очень новую. Тут надо посмотреть, насколько это целесообразные вещи. Конечно, благоустройство города — замечательная вещь, но как бы так не вышло, что нам эти бордюры встают в «Петрушку». И вот если сопоставимые порядки цен, то, может быть, «Петрушка» приоритетнее, понимаем.
Вернемся все-таки к ядру. Я вообще скажу страшную вещь. Я когда только «Брусника» забрезжила на горизонте нашего ядра, робко так пытался сказать это, и многие комментаторы, в общем-то, негативно реагировали на эту мысль. А мысль следующая: без жилья ядро мы не вытянем. Вот просто надо понимать. Естественно, эту зону надо застраивать жильем, иначе там не будет жизни. Но страшное номер два: мы говорим только о жилье бизнес- и премиум-класса, и ни о каком другом формате.
Вот эти все истории с расселениями, а куда девать людей? У наших девелоперов достаточно ресурсов, чтобы несколько десятков частных домов, речь идет о десятках, не о сотнях, не о тысячах, расселить по тем квартирам, которые они строят на территории города. Но, в конце концов, можно и эту проблему каким-то образом решить, потому что на фоне тысячи новых квартир или сотен новых квартир несколько десятков, скажем так, погоды не испортят.
Но речь идет, безусловно, о строительстве, о создании территории бизнес- и премиум-класса. Вот тогда там будет жизнь. Вот тогда, поверьте, там «Петрушка» появится и не только «Петрушка», многие культурные заведения. И если сейчас кто-то крутит пальцем у виска и говорит: «Что он несет?» Я, дорогие товарищи, всех с удовольствием бы отправил в длительное творческое путешествие, в командировку по следующему маршруту.
Давайте пойдем от города Сургута: Екатеринбург — опыт восстановления больших территорий вокруг водоемов как раз с помощью проекта по строительству жилья бизнес-класса и премиум-класса. Когда мы говорим о жилье, то мы понимаем, что первые этажи, конечно же, все живые, что в первых этажах не жилье, не подъезд с железной дверью, с этими страшными железными кнопками домофона.
Мы говорим о том, что первые этажи — это кафе, это библиотеки, фитнесы, какие-то музыкальные студии, я не знаю, театры, маленькие театры, покрупнее театры. И так далее и тому подобное. Вот что такое первый этаж. Всякие эти мамкины комнаты, о чем мы тоже много раз говорили. Вот что такое первый этаж, понимаете?
А из Екатеринбурга мы можем переместиться в город Москва. Просто любой, кто знает о территории этих фабрик всяких, «Красный Октябрь», вот это все, которые стояли раньше прямо на набережной Москвы-реки, кто хоть раз гулял по Парку Горького и с Парка Горького смотрел на противоположную территорию, он подтвердит, как можно превратить ужас в красоту. Там это, правда, называется Остоженкой и всякими Пречистенками, то есть там миллиардеры живут. Но мы сейчас говорим о сути.
Кстати говоря, почему бы в Сургуте не создать место для жизни миллиардеров? Их, правда, уже нет, потому что город инвестиционно не привлекателен, и любой, кто зарабатывает тут более-менее серьезные суммы, старается из Сургута сдристнуть. Но тем не менее с чего-то надо когда-то начинать.
А из Москвы мы перебираемся в Петербург, где огромный проект еще, по-моему, при Валентине Матвиенко начал делать, по-моему, Абрамович, не помню, я могу наврать, где точно так же на стрелке всяких этих каналов переделали бывшие заводы в элитное жилье. Там же и отели, там же и театры, кинотеатры — там все.
А из Питера мы переезжаем в Калининград. Но Калининград — это чисто сургутская история. Кто был в Калининграде, он увидит, как река у них, она как раз по объему, по-моему, нашей Сайме вполне бы совпадала по ширине, по руслу. И они сделали вдоль набережной, которая тоже красивая, совершенно уникальный проект. Как-то его, слушайте, называют: то ли Старая деревня, то ли Рыбацкая деревня, то ли чуть-чуть такое. Простите, если наврал. Архитектура не моя, но там это выглядит хотя бы интересно. И ты идешь — просто череда ресторанов, каких-то магазинчиков, каких-то лавок, там выступают люди, там я видел всякие культурные заведения. Тут же рядышком рынок, тут же мы переходим в парк огромный, красивый.
То есть, пожалуйста, возьмите Калининград, Российская Федерация. Я вам перечислил четыре города. Это то, что я видел своими глазами, просто я не хочу уже на основании публикаций говорить. Но у кого есть возможность — переедьте из Калининграда в Гданьск. Гданьск — это чисто Сургут, абсолютно советский город, польский, в советские годы был застроен этими пятиэтажками, что-то там после бомбежек американцев осталось, какие-то здания — цветущий сад. Тоже стоит на водоемах, на каналах, на реке, выходит на море Балтийское. Построены фантастической красоты, удобства, качества визуального, технического жилищные комплексы премиум- и бизнес-класса. И в них есть отели, апартаменты, общепит, театры — все, что вы хотите. Магазины, торговля — все, что хотите, все, что душе угодно.
То есть опыт градостроительной политики при решении таких задач, каковым является ядро центра Сургута, и в стране, и в мире накоплен колоссальный. Мы же видим, как в Сургуте берут опыт не мировой и российской лучшей архитектурной школы, а, я не знаю, поселков городского типа каких-то, знаете, в глухих шахтерских регионах, и пытаются чего-то смонстрячить. Поэтому я бы сейчас все-таки взял наконец паузу и полностью пересмотрел концепт ядра центра Сургута. Полностью.
Просто у нас есть проблема с газпромовским зданием, у нас есть проблема с набережной, есть проблема с «Петрушкой», с Домом пионеров, с ГГЦ «Строитель». Мы должны эти проблемы сюда вписывать, и вот этим комплексным ходом мы должны как-то двигаться вперед.
И зацикливаться не на сургутском девелопменте, а, наверное, объявлять федеральный конкурс, ездить. Слушайте, ездил же Сидоров (глава Сургута с 1990 по 2010 годы – прим. ред.) по этим всем московским ярмаркам, ругался с Лужковым (мэр Москвы с 1992 по 2010 годы – прим. ред.), я помню. Он реально там обиделся, у него губы дрожали, когда Сургут не первое место победил в каком-то федеральном российском конкурсе по благоустройству городов. Москва победила, Сидоров там так кричал в камеру: «Да вы тут все купленные, продажные». Но он же ездил! Ездил! Мы же бились за это все! Так ездите! Ну что вы? Это же понятная совершенно ситуация.
Но я не думаю, что один «Сибпромстрой», одна «Брусника» в состоянии проявить интерес к строительству жилья эконом-класса на центральном куске города. Наверное, Сургут не такой уже падший ангел у нас при всей его позиции на 68-м месте по инвестиционной привлекательности в стране.
Вот и все, друзья. Поэтому надо делать паузу, и надо переходить на серьезную общественную и профессиональную экспертную дискуссию, и создавать действительно проект, который, может быть, мы сейчас не реализуем, но он будет. Он должен стать городским законом, он должен быть поддержан региональной властью, и уходить от этих компромиссов. Построите вы свои еще 300 000 квадратных метров жилья в других местах. Постройте. Но давайте мы не будем угаживать бесценную сургутскую территорию.
Д.Щ.: Что ж, а тем временем конкурс на освоение этих двух участков КРТ в ядре центра Сургута планируют объявить где-то к концу 2026 года, как минимум осенью, в конце осени — начале зимы. Посмотрим, что из этого всего получится.
Между тем, дорогие слушатели, читатели, комментируйте, высказывайте свои мнения, что вы думаете. Ставьте лайки, если вам нравится то, что мы обсуждаем, и читайте расшифровку на сайте siapress.ru. Ссылка, как всегда, будет в описании. Вскоре вновь услышимся. До свидания.
Т.С.: Спасибо, друзья, всем пока.