Вчера на утренних торгах курс доллара опять торжественно перевалил за 100 рублей. Потом, разумеется, как это обычно бывает, сверху, по всей видимости, кто-то посмотрел на все это безобразие, издал соответствующее распоряжение. Вероятно, как у нас это водится, сопроводив… нужными добрыми словами и… вуаля, курс немного отскочил вниз. Но как-то вяло и безыдейно. Может рык начальства был кроток и излишне нежен?
Суть ситуации, впрочем, от этого не изменилась. И тут хотелось бы вспомнить кое-что важное. А вообще, от чего зависит курс рубля? Стоит ли вводить ограничения? По кому они ударят? И почему ЦБ так упорствует и не хочет вводить те или иные валютные ограничения?
Вы мне скажете – ну это же банально. Курс зависит от баланса притоков и оттоков капитала, от сальдо платежного баланса и т. д. Мы теперь уже все на эту тему умные стали. В принципе – да. Но если копнуть чуть глубже, то долгосрочно курс зависит только от конкурентоспособности экономики и разницы в инфляции. Вот и все.
Если отечественные товары и услуги востребованы, все инвестируют в твою экономику, а инфляция стабильно низкая, то и курс будет крепким. В противном случае курс будет слабым. Но что делать, если хочется крепкий курс, а развивать экономику не получается, и свободный поток капиталов не осуществляется? Санкции, однако.
По всей видимости, есть лишь один способ в этой ситуации – надо, чтобы за крепкий рубль кто-то заплатил. Как ни смешно это звучит. Иначе говоря, нужно заставить кого-то заплатить. У кого хорошие шансы оплатить искусственный крепкий рубль?
ЦБ?
Наименее вероятный сценарий. Большая часть резервов ЦБ заморожены, остались только юани. Но на рынке юаней ликвидность не вполне достаточная для масштабных валютных интервенций. И, кстати о птичках, ирония в том, что от рынка юаней Китая нас по-настоящему отделяет «мембрана» китайских властей, которая так нравится нашему Минэку.
Импортеры?
Маловероятно. Россия все еще сильно зависит от импорта. Многие компоненты у нас не производятся. Без одной импортной детали может встать все производство, АвтоВАЗ не даст соврать. Именно благодаря рыночной гибкости российская экономика избежала ужасных сценариев коллапса.
Цены на импорт выросли, и тут же нашлись добровольцы из дружественных и не очень стран, желающие поставить нужные товары. И теперь бить по рыночным механизмам, которые по-настоящему спасают экономику – все равно, что стрелять себе в ногу.
Экспортеры?
Хорошие шансы. Мы часто слышим нападки о том, что они не хотят возвращать валютную выручку в страну. ЦБ, напротив, утверждает, что возвращают много. Но всегда можно дожать больше. Все равно заставлять продавать валюту больше почти некого.
И что у нас там осталось-то? Население?
Весьма вероятно. Мы видели, как 1,5 года назад граждане одни из первых попали под раздачу. Особенно вероятны ограничения на большие суммы по меркам граждан. И широкие массы не затрагивает, и на экономику в моменте мало эффектов, и дополнительный сигнал российским элитам, что нужно оставаться в стране. Вот здесь очень вероятно, что какие-то меры последуют. И достаточно скоро.
Какая вероятность введения мер?
Будет зависеть от рубля. Пока ЦБ, скорее всего, должен отбиться. Однако если рубль будет снова продолжать свое «эротическое путешествие» по югам, кто-то, весьма вероятно, попадет под ограничения. Но важно не терять лес за деревьями. Во всех вариантах ограничений экономика не становится более конкурентной. Все эти меры не про развитие, а про перераспределение. Не рыночное, к более эффективным, а плановое – на кого пальцем покажет чиновник. Долгосрочными последствиями станет еще большее снижение доверия к рублю, искажение экономических стимулов и более медленный рост экономики.
Курс такой, какой объективно складывается. И не стоит обманывать самих себя: это уж точно не поможет. Так что, в короткую – можем и придумать чего-то. Отогнать врага от крепостных 100-рублевых ворот. А далее «природа все равно возьмет свое».
