В Сургуте появились тревожные сигналы с рынка управляющих компаний: одна УК исчезла, к другой копятся жалобы, а общее состояние коммунальной сферы вызывает все больше вопросов. На фоне роста тарифов и недовольства качеством услуг эта тема может стать по-настоящему болезненной для города.
Журналисты Дмитрий Щеглов и Тарас Самборский обсуждают, почему проблемы управляющих компаний в Сургуте уже выглядят не случайностью, а тенденцией, как на этот рынок заходят слабые игроки, почему коммунальная сфера на Севере требует совсем другого масштаба ответственности и что должны делать муниципальные и региональные власти, чтобы не допустить дальнейшего развала.
Дмитрий Щеглов: Тревожные вести поступают с рынка управляющих компаний города Сургута. Управляющая компания «Градсервис» благополучно исчезла с радаров всех, кто вообще существует. У нее было семь домов — это немного, но, тем не менее, сейчас для этих семи домов подыскивают новых управленцев. Также в прессе довольно много публикаций о том, что управляющая компания «Запад» — у нее домов больше, чем семь — ведет себя как-то странно, и на нее поступает много жалоб, и такое ощущение, как будто бы качество ее работы много-много кого не удовлетворяет.
Вообще коммунальная сфера как-то немножко трясется от роста тарифов, от качества выполнения работ, от всего, что с ней связано, и это может стать каким-то фактором народного недовольства со стороны сургутян в том числе. Обсудим эту историю. Меня зовут Дмитрий Щеглов, мой коллега, журналист Тарас Самборский на связи. Тарас, привет.
Тарас Самборский: Привет, Дима, привет всем, друзья.
Д.Щ.: Ну что ж, вот у нас сейчас есть минус одна управляющая компания. Возможно, это не последняя управляющая компания, которая покинет сургутский рынок. Качество исполнения их работы оставляет желать лучшего. И это ли не какой-то системный сбой, или все-таки это какие-то случайные всполохи? То есть мало ли кто плохо работает. Кто плохо работает, тот уйдет, рынок вытащит наверх того, кто работает хорошо. И, может быть, никаких проблем на самом деле нет.
Т.С.: Рынок наверх вытащит кого угодно, и пену мутную. И мы это наблюдаем. С одной стороны, законодательство страны устроено таким образом, чтобы вроде бы как конкурентную среду развивать. И мы видим, что 90 процентов уголовных дел по стране по чиновникам идут как раз за нарушение антимонопольного законодательства, за неправильно проведенные конкурсные процедуры, всякие торги, аукционы и так далее. И там правоохранительные органы находят коррупциогенные факторы, по этим основаниям возбуждают дела.
А с другой стороны, именно благодаря этому законодательству происходит одна опасная вещь. Она уже не вещь, а тенденция. И мы это видим по многим сферам, не только коммунальной и не только в сегменте управляющих компаний. Мы видим, что благодаря этому законодательству и очень часто в интересах как раз того или иного коррумпированного чиновника из ниоткуда в рынке возникает любая шарашкина контора, которая выигрывает необходимый группе лиц конкурс или аукцион, торги, и заходит на выполнение в нашем случае муниципального или государственного заказа.
И после вывода муниципальной обслуживающей коммунальной сферы — у нас было предприятие муниципальное «Жилкомхоз» называлось, «Сургутжилкомхоз», «Жилкомхоз» — достаточно интересным способом оно было очень быстро приватизировано, и город получил два общества с ограниченной ответственностью, две управляющие компании: ДЕЗ Центрального жилого района, ДЕЗ Восточного жилого района. Так разделили большое коммунальное предприятие на две части. На тот момент мощностей этих двух компаний, уже частных, вполне хватало. Их хватало, потому что вся материально-техническая база была сформирована ими не как частными инвесторами, а перетащена из еще того, что создавалось в советские годы. Вот и все. Вот база. Хорошо, пусть так.
А впоследствии стало понятно, что либо надо развивать каким-то образом эти два монополиста, но они уже ОООшки, и ты напрямую не будешь их развивать как свое муниципальное предприятие, либо тогда действительно создавать конкурентную среду. И так в городе начали появляться все новые и новые управляющие компании. Там из крупных «Тепловик» был тоже. Я не знаю, он еще жив или нет, этот «Тепловик», на которого спихнули всякие тяжелые поселки. Но с развитием этого процесса на рынок управляющих компаний стали проникать слабые игроки.
Мы сейчас вопрос даже коррупциогенного фактора не будем рассматривать, а поговорим с точки зрения: это сильные операторы, вот эта компания, которая исчезла, или не сильные? По сравнению с ДЕЗ ЦЖР, ВЖР. То есть это, да, безусловно, монстры, они держат ситуацию под контролем. И я знаю просто на своем эмпирическом опыте, как тот же ДЕЗ Восточного жилого района достаточно быстро реагирует на проблемные какие-то точки, возникающие в домах и во дворах у людей, быстро все ремонтирует, быстро занимается ремонтом придомовых территорий, и о коммунальных авариях мы не так-то уж часто слышим. То есть это профессиональные крупные компании. Все.
И вот на их фоне возникает часто просто элементарная мелюзга, которая непонятно откуда берется, какой у нее парк техники. А управляющая коммунальная компания — это, безусловно, огромный парк спецтехники специализированной: от снегоуборочной до, я не знаю, мусоровозов и каких-то, я не знаю, говнокачек. Мы понимаем, что это целое какое-то подразделение с технологическим транспортом. Плюс это инженеры, плюс это сметчики, плюс это обработка квитанций. Это не просто коммунальная контора. Сегодня, с учетом нынешних реалий жизни, это высокотехнологичная производственная компания.
Д.Щ.: У меня вопрос: а вообще есть хоть одна управляющая компания в Сургуте, которая возникла как частный бизнес, развивалась как частный бизнес и стала успешным таким нормальным заметным частным бизнесом в Сургуте? Я как-то плохо знаком с рынком, я не знаю, поэтому задаю вопрос. Может быть, такие и есть.
Т.С.: Если идти от общего к частному, то в принципе экономическая ситуация в стране такова, что сегодня государственный заказ и муниципальный заказ — это основные источники дохода, я думаю, для 80 процентов — для 100 процентов крупного бизнеса, 95 процентов среднего бизнеса и для 70 процентов малого бизнеса. Может быть, еще микробизнес как-то живет, но я не знаю. Он не живет, конечно. Но он не попадает в муниципальный, государственный заказ. Поэтому, конечно же, управляющие компании стремятся получить бюджетные деньги.
Бюджетных денег на осуществление коммунальной политики выделяется, конечно же, очень много. И если мы посмотрим сургутский бюджет, там тоже большие-большие миллиарды на это дело идут: от содержания территорий до их ремонта, до строительства всех этих проездов, тротуаров, домов, до капитального ремонта домов и так далее, и тому подобное. Ну и плюс у нас же главными поставщиками коммунальных услуг являются муниципальные предприятия опять же. То есть городские тепловые сети, городской водоканал. Там еще, конечно, есть вот это ДРСУ, но то, с чем люди сталкиваются повседневно, — это муниципальные поставщики услуг. И с этими поставщиками услуг, опять-таки, взаимодействуют все частные управляющие компании.
Вот как они взаимодействуют — это тоже интересно, потому что управляющие компании не платят деньги поставщикам услуг. И здесь тоже, кстати говоря, возникает вопрос: а должна ли управляющая компания брать деньги за услуги, которые и так на этой же территории рядышком, чуть ли не через дорогу, оказываются другой муниципальной компанией? Может быть, муниципальные компании должны поставлять воду, канализацию, тепло жителям напрямую и напрямую за это брать деньги? Не знаю. Потому что в частном секторе там же нет никаких управляющих компаний, люди платят напрямую «Востоку», за мусор и так далее.
Тут надо подумать, потому что северные территории — это немного такая специфическая проблема, потому что мы имеем восьмимесячную зиму со снежным покровом. Это тяжелая задача для любой муниципальной власти. Надо большими ресурсами обогревать жилище и, в общем, все здания надо обогревать. За это, кстати говоря, все платят больше, чем жители Тюмени, средней полосы, юга. Это не очень справедливо. Говорят: ну вы за это получаете северные надбавки. Жители получают, физические лица. Юридические лица никаких надбавок за это не получают. А ты попробуй не отапливай свое производство, свой цех, свой офис. Все, ты потеряешь бизнес. Правильно? А люди потеряют рабочие места. И об этом надо думать.
И вот на этом фоне в сфере жилья недвижимого, жилищной, управляющая компания, конечно, является, я не знаю, наверное, самым важным звеном в отношениях между гражданами и властью. Вот самое важное звено. И от того, как оно работает, зависит репутация муниципальной власти как минимум. Значит, здесь муниципалитет и региональное руководство субъекта федерации должны, наверное, как-то уже решать эту проблему мелких управляющих компаний. Еще раз: я не за монополистов ни в коем случае. Мне вот эта приватизация «Жилькомхоза» тогда, еще 20 лет назад, не очень нравилась, и я, честно говоря, не очень понимаю, зачем это надо было делать. Вполне они могли оставаться муниципальной компанией со всеми недостатками, но и преимуществами муниципальной собственности вот в этой конкретной сфере, в этом конкретном северном городе. Тут просто надо было думать. Тогда, я так понимаю, были другие интересы у участников этого дела. Ладно. Было и было.
Но мелкие компании, они должны, конечно, как-то отсекаться. Потому что я не представляю, как можно выходить на обслуживание даже семи домов без техники, без оборотных средств. Это невозможно. Что такое семь домов? Есть еще, конечно, такой сегмент, как управляющие компании, созданные девелоперами.
Д.Щ.: Это да.
Т.С.: Это отдельный разговор. То есть там, я думаю, в этом есть один из смыслов в целом деятельности девелоперских бизнесов. То есть они строят большие жилищные комплексы и там остаются фактически уже не в качестве застройщика, а в качестве эксплуатирующей организации, без которой ни одного шага житель сделать не может. Это бизнес-модель. Это можно тоже порассматривать. Но проблема, безусловно, не частная, вот с банкротством этой управляющей компании, а это уже тенденция. Это тенденция, на которую надо обращать внимание обязательно и проводить какую-то превентивную политику.
Д.Щ.: Ну что ж, да, посмотрим, как это все будет происходить, что будут сургутяне, что будет власть делать с наименее эффективными, имеющими наименьший рейтинг УК. У нас же там рейтинги управляющих компаний существуют — и с теми, кто на нижних строчках рейтинга, что с ними будет происходить и как, и кто с ними это все будет делать, — все посмотрим. Пожалуйста, если интересно, ставьте лайки, читайте расшифровку на siapress.ru — ссылка будет в описании. Слушайте нас на всех платформах: «ВКонтакте», Max, Telegram, YouTube, Rutube — везде есть. И до новых встреч, через неделю вновь услышимся. До свидания.
Т.С.: Спасибо, друзья, всем пока.
